О художнике

Шадчнев Илья

«Мыслеформа» в творческом арсенале художника Ильи Шадчнева Группа картин, представленных на выставке Международного художественного фонда в Овальном зале ЦДРИ в январе 2020 года, привлекла мое внимание необычной зеркальностью светоотражающей поверхности всего цветового поля. На выставке меня познакомили с автором этих картин, а впоследствии, как выяснилось, целой серии работ данного художественного направления. Путь реформатора символизма Ильи Шадчнева начинался традиционно: окончание Пензенского государственного университета им. В.Г. Белинского, создание галереи творческих работ и педагогическая деятельность длиною в четверть века, из которых 13 лет было посвящено преподаванию в старейшем Пензенском художественном училище им. К.А. Савицкого. Илья — признанный мастер классических натюрмортов и пейзажей, представленных на многочисленных персональных выставках в России и Европе. Одна из последних выставок проходила в легендарном Лувре в 2018 году. Авторские работы, а по подсчету художника их более 1200, частично распределились в музейных и частных коллекциях по всему миру. Немного истории для читателей статьи. Символизм — ровесник импрессионизма. Основной задачей художников-импрессионистов являлась колористическая фиксация видимой реальности. В отличие от них, символисты, опираясь на работы философов А. Шопенгауэра, Ф. Ницше и Э. Гартмана, выступали продолжателями неоромантических идей в аллегорической трактовке глобального космического мироощущения. В ХХ веке символизм получает дальнейшее развитие благодаря теории «экзистенциализма» философов К. Ясперса и М. Хайдеггера, рассматривающей проблемы одиночества человека и свободы внутреннего выбора. Илья Шадчнев продолжает традиции символизма, определяя стиль позднего периода своего творчества как «неосимволизм», который строится на игре смыслов, на сопоставлении экзистенциализма и абсурда, случайности и предопределенности в судьбе «маленького человека» в коллизиях современного мира. Хочу остановиться на анализе одной картины, представленной на выставке, которая, как мне кажется, дает ключ к пониманию стилистики художника. На полотне четко вырисовывается композиция из трех горизонтальных цветовых полей, исходящих из вертикальной конструкции в левой части картины, которую я условно назвал «началом смысла». Верхнее поле в коричневых, огненных тонах наполнено фактурой грозовых облаков и символизирует напряженность драматического ожидания. Среднее поле светло-зеленого тона с прожилками ветвей деревьев очевидно связано с жизнью природы. Нижнее поле с преоб- ладанием белого цвета читается как незаполненный лист летописного бытия. Левая вертикальная конструкция ритмически повторяющихся фракталов, похожих на горизонтальные срезы стволов многовековых деревьев, может читаться как календарь столетий, переходящий в нижней части картины в скальный массив планеты. Подобного живописного материала уже было бы достаточно для самостоятельной картины в духе абстрактного экспрессионизма «цветовых полей» (Марк Ротко). Но автор на этот эпический фон налагает графическую миниатюру в стиле арткомикса. Почти плакатная лестница вверх на среднем поле зеленого тона жизни с поднимающимся по ней одиноким путником и наклонная плоскость вниз, по которой беснующаяся толпа несется в преисподнюю, в нижний цветовой пласт, в котором парадоксально расположены белые облака с могильными плитами, символизирующими бренность, краткого существования человека. Картина называется «Закон толпы», а под ней литературная подпись-мораль: «Если ты в толпе, не ты выбираешь дорогу». Хочу обобщить: перед нами сложное полифоническое произведение искусства, которое полностью вписывается в парадигму постмодернистских тенденций XXI века, характерной чертой которых является принцип коллажного мышления, совмещающий разнородные элементы живописи и графики, стилевые особенности символизма и гротеска, литературные жанры притчи и дидактику моралей, и при этом сохраняющий универсальный принцип целостности художественного впечатления. Таким образом, мы наблюдаем визуальную и литературную концепции выражения философских идей автора о Вечных ценностях, к которым я бы применил эзотерический термин «мыслеформа». «Как из букв обычного алфавита составляются слова и фразы, обретающие смысл, так и из ключевых событий человеческой жизни формируется его опыт взаимодействия с огромным миром», — говорит Илья. Противостояние индивидуальности толпе, момент выбора, культивирование иллюзий, страх смерти, желание летать — все это можно найти в метафорических образах серии «Алфавит», началом которой автор считает 1983 г., а продолжением серии — настоящее время (2020 г.). Постепенно он создает инструментарий оригинальных выразительных средств, авторскую технику масляной живописи («transpеrent oil texture» или «техника прозрачных фактур)». Причем наиболее эффектно она раскрывает свои выразительные возможности на ориги- нальном носителе цветового слоя — листовом бумажно-слоистом пластике, осуществляющем своей белой полированной поверхно- стью естественную подсветку нанесенных светоносных слоев. Среди большого количества работ серии «Алфавит» хочется выде- лить несколько сформированных жанровых направлений. Создавая картины в жанре «Космизм» (от греч. kosmos — органи- зованный мир, kosma — украшение), Илья трактует личность художни- ка как энергетическую систему, связанную со всей Вселенной. Его картины несут стилистическое единство психоделического погруже- ния в «мыслеформу» взаимодействия человека с космическим энер- гоинформационным полем. На картинах «Амплитуда», «Причина», «Удивление» космос визуально представлен в виде цветовых контраст- ных энергетических вихрей, пронзающих землю молниями квантовых магнитных лучей. Герой картины, «маленький человек», ищет пути вы- живания в фантасмагорических условиях технократического века. Апокалипсисом художнику представляются очистительные потоки воды, которые обрушиваются на унылые строения городских трущоб на картине «Финал». Дворник, метущий городскую мостовую, симво- лично повторяется в силуэте небесного уборщика, осуществляющего библейское обновление всего живого. «Лабиринты городских улиц и безграничное пространство над ними… суть мироздания», — пишет Илья Шадчнев в послании к рабо- там «Вечность» и «Время», в которых синтезируется осмысление пути развития цивилизаций в жанре «Эпического символизма». Художник оценивает сложность восстановления живой природы в век высоких технологий в сюжете «Великий эксперимент». Многие картины посвящены экзистенциальному выбору, от которого зависит дальнейшая судьба человека («Истина», «Тайна»). Порой художник в рамках одного холста (пластика) одновременно представляет различные варианты возможного выбора, визуально создавая аллюзию последствий данного решения («Выбор» 1998 г., «Цель»), сопровождая картины моралью: «Свет истины слабее света аттракционов, стоящих на пути идущего к ней». Нравственную обязанность художника в историческом контексте смены тысячелетий Илья рассматривает в жанре «Иносказания». Картина «Суд» сопровождается словами: «Касаясь кистью холста, художник говорит с будущим, и лишь оно вправе судить его…». Мучительные поиски художником творческого пути наталкиваются на неприступную скалу в сюжете работы «География преступления». На картине «Магия искусств» во вневременном пространстве встретились юность и старость. У каждого свой правдивый пейзаж. Многие жизненные ситуации перенесены автором в романтический век рыцарских куртуазных отношений. «Сентиментализм», как жанр, тоже имеет право на существование. Благородный нравственный мир светлой любви к бедной девушке или осуждаемый обществом меркантильный выбор богатства путем выгодной женитьбы в сюжете картины «Выбор» (1996 г.). Желание вернуться в защищенный мир юности изображен на картине «Из детства». Наивная провокация водевильных образов в сюжетах картин поддерживается текстами моралей, которые дают новую грань для рассматривания деталей и будят ассоциативную цепь размышлений. В жанре «Философия чувств» Илья Шадчнев синтезирует визуальные образы сложных эмоционально-психологических процессов, которые несут в себе бессознательную субъективную оценку многих объектов и имеют как позитивную, так и негативную эмоциональную окраску («Любовь», «Грех»). Эстетика символизма и визуальная технология «мыслеформы» позволяет внедряться в запредельный воображаемый мир эзотерических откровений, мир эроса и магии, измененных состояний сознания и порока («Школа удовольствий»). «Я хочу, чтобы мои намеки в сюжетах картин, как спрятанный инсайд, просияли в голове зрителя и превратились в его собственное выстраданное чувство», — пишет Илья. Отрадно, что синтезированный художественный прием «мыслеформы», поддержанный авторской нетрадиционной техникой масляной живописи «прозрачных фактур», получает заслуженное признание на выставках в России и Европе. Пожелаем Илье Шадчневу успехов и новых открытий.