О художнике

Лянгузов Алексей

2021 год объявлен в России Годом науки и технологий, но задумывались ли вы о глубине проникновения высоких технологий в искусство? Мы считаем естественным их развитие в промышленности, привыкли к тому, что кузова автомобилей варят роботы. Не удивляемся новостям о создании автономных комбайнов, и беспилотное такси из фантастики плавно переходит в реальность. Мы не заметили, как искусственный интеллект обошел человека в аналитике, а нейросеть научилась определять рак легких на КТ-снимках лучше рентгенологов. Роботизированные манипуляторы, искусственный интеллект и машинное зрение на текущем уровне развития технологий могут с легкостью заменить любого человека в конвейерном или сборочном производстве. И если где-то еще не заменили их, то лишь потому, что человек обходится дешевле. Это история о том, как современные технологии пришли в искусство, зачем создавались роботы-художники и какая часть искусственного интеллекта отвечает за творчество. Разумеется, в обзорной статье я не смогу раскрыть все подробности, но лишь слегка коснуться этой темы в надежде, что пытливый ум найдет применение изложенному. Меня зовут Алексей Лянгузов, я инженер и художник, в 2008 году стал первопроходцем жанра «генеративное искусство» в России. Ведомый мечтой, вложил 12 лет жизни в разработку новых художественных техник с применением роботизированных механизмов и технологии искусственного интеллекта. Конечно, механизмы были не целью, а средством. Не имея возможности качественно перенести образ из сознания в реальность, я выбрал сложный путь. My name is Aleksey Lyanguzov, an engineer and an artist, in 2008 I became a pioneer of the genre “Generative Art” in Russia. Inspired by a dream, I spent 12 years of my life developing new artistic techniques using robotic mechanisms and artificial intelligence technology. Of course, mechanisms were not the end, but the means. Not being able to qualitatively transfer the image from mind to reality, I chose a difficult path. CREATIVE EXOSKELETON If you can't draw a straight line with a pencil, then you use a ruler. A mathematical compass was invented for drawing circles, but what tool helps artists create beauty? Human capabilities are limited, but mind will find a way to get around any limitations. My movements lacked confidence — but this is the best quality of a machine. So why not take the best of a person — the ability to think creatively — and the undeniable advantage of a machine — perfect memory and accuracy of movements? The first robots helped to carry out mechanical work, the cylindrical mechanism changed brushes and paints, and the manipulator precisely repeated the movements that I had set in advance on the computer. It did not last long and seemed pointless — I used crutches, but I was not physically challenged. I created robots as an advanced tool for an artist, believing that I can shove routine work on it and keep for myself only the joy of creativity. But managing the robot turned out to be the same routine. The solution was found in generative art. Art created using an autonomous system is called generative. Autonomous system is an instrument capable of introducing randomness into the artist's work, but the author him- or herself doses the amount of this randomness. It changed everything, in 2010 I built a funny mechanism — a blot spitter. A huge mechanical monster made of used spare parts of industrial milling machines, with a compressor and pipes, slowly and with a rumble moved above the canvas. In the right place, the machine shot a drop of paint of the right colour. The drop exploded as a blot on the canvas. I loved combining the perfect dot placement with the completely random paint splatter effect. Another robot paints with oil on canvas. But oil paintings are boring, the next one paints with PF-115 paint, the same one that is used to paint fences. It is beautiful. Voluminous, bright, glossy, smooth and insanely smelly. The machine draws pictures with a continuous line pouring a trickle of paint onto the canvas. This is incredibly complex mathematics, the path of the paint — kilometers of the line are calculated in such a way that it does not cross itself even once. Labyrinths of bends form an image, at close range these are chaotic curves, but if you step back a meter, the picture appears literally in your head. This path was not easy; there is no one to give advise in this new movement, no place to seek it, all mistakes are mine. 2017, endless R&D work, prototypes and suffering, looking for a new way to paint on canvas. Brushes are relic of the past, I don’t want to use them. The laws of physics let me down, all knowledge of hydrodynamics is useless for viscous fluids in ultra-small diameter pipelines, surface tension madness, the fluid behaves improperly, it is a ball, it is a spring, it no longer flows, but hangs or splits into threads in the air. I want to drop everything, but the idea doesn't let me go. пьютере. Это длилось недолго и казалось бессмысленным — использовал костыли, но не был инвалидом. Я создавал роботов как продвинутый инструмент художника, считая, что на него можно переложить рутинную работу и оставить себе только радость творчества. Но управление им оказалось такой же рутиной. Решение нашлось в генеративном искусстве. Генеративным называют искусство, созданное с помощью автономной системы, инструмента, способного вносить случайность в работу художника, но автор самостоятельно дозирует величину этой случайности. Это изменило все, в 2010 году строю забавный механизм — кляксоплюй. Огромный механический монстр из б/у запчастей от промышленных фрезерных станков, с компрессором и трубками медленно и с гулом перемещался над холстом. В нужном месте машина выстреливала каплей краски подходящего цвета. Капля взрывалась на холсте кляксой. Мне нравилось совмещать идеальное расположение точек и совершенно случайный эффект смазывания брызгами краски. Другой робот пишет маслом на холсте. Но картины маслом — скучно. Следующий рисует краской ПФ-115, той самой, которой красят заборы. Она прекрасна. Объемная, яркая, глянцевая, гладкая и безумно вонючая. Машина рисует картины не- прерывной линией, льющейся на холст струйкой краски. Невероятно сложная математика, путь краски — километры линии рассчитываются таким образом, чтобы она не пересекала себя ни разу. Лабиринты изгибов формируют изображение, вблизи это хаотичные кривые, но стоит отойти на метр — и картинка проявляется буквально в голове. Этот путь не был легким, в новом направлении некому подсказать, негде искать совета, все грабли — мои. 2017 год, бесконечный НИОКР, прототипы и страдания, ищу новый способ нанесения краски на холст. Кисти — прошлый век, не хочу. Законы физики подводят меня, все знания гидродинамики бесполезны для вязких жидкостей в трубопроводах сверхмалого диаметра, безумие поверхностного натяжения, жидкость ведет себя неприлично, она — шар, она — пружина, она более не течет, но висит или расслаивается на нити в воздухе. Хочу все бросить, но идея не отпускает. Без понимания этих механизмов процесс работы творческого ИИ выглядит как магия — мы складываем в коробку осколки, трясем ее, открываем, а там совершенно новый предмет, непонятно как из них собравшийся, но при этом вполне завершенный. Это очень привлекательный инструмент в руках художника. Если раньше в свою работу можно было внести элемент случайности, дозируя его величину, то теперь ею можно полноценно управлять, устанавливать правила и границы изменений. Это настоящая алхимия в живописи — инструмент получился настолько самостоятельным, что впору говорить о соавторстве с ИИ. К слову, в западных странах уже активно ведется работа по внесению соответствующих поправок в законодательство об авторском праве. Конечно, все слышали новость о том, что в Нью-Йорке на аукционе Christieʼs с молотка ушла картина, сгенерированная нейросетью. Ее продали за $432 500. Но это была не совсем настоящая картина, скорее ее «фотография», ведь у авторов не было никакого механизма для полноценного переноса ее в реальный мир, с молотка ушла распечатка цифрового изображения на принтере. Не зная о существовании подобного направления в других странах, совершенно изолированно занимался тем же в России. Поэтому опыт оказался уникальным, о чем свидетельствуют постоянные просьбы американских коллег поделиться технологией. Действительно, не видя никакой ценности в изображении на мониторе, я изначально сосредоточился на задаче управления ИИ механическими манипуляторами робота-художника. Задача оказалась столь же сложной, как и увлекательной, и несколько лет разработки прошли на одном дыхании. Спустя почти два года новый успех уже в технической части — после десятков неудачных прототипов создан уникальный механизм нанесения краски на холст, теперь стало возможным работать с высокоглянцевыми эмалями, ИИ эволюционирует, ему ставится задача крайне несвойственная: созданный для работы с огромными массивами данных, он должен найти гармонию в простоте. Так создается серия работ под названием «Нейроклассицизм». Робот рисует несколько картин поверх друг друга, переплетая рельефные мазки разных цветов, за счет такой многослойности достигается эффект объема и свечения, это потрясающий эффект глянца, всякий раз по-новому отражающего свет. В тени такие цвета будут спокойными и мягкими, но они взорвутся яркими красками при падении прямых солнечных лучей. нологий, опираясь на современные реалии, нельзя. Так мы повторим ошибки фантастов позапрошлого столетия, изображающих 2000 год с летающими паровыми машинами и воздушными шарами-велосипедами. Прогресс — это не совершенствование окружающих нас технологий, а создание новых, не известных нам сегодня. Отвечая на поставленный в заголовке вопрос, хочется выразить предположение, что машина всегда останется инструментом в руках человека. Традиционно мы испытываем страх перед всем новым и непонятным, мы говорили о последнем, до чего технологии, как нам казалось, не добрались — творческом процессе. Разве можно оцифровать процессы, идущие от души? Мы сами не понимаем их настолько, чтобы описать, классифицировать, сделать набором правил. Моя идея и упорство превратились в технологию, но мы лишь в начале пути. Вспомните, какими были первые компьютеры 65 лет назад. Огромными шкафами, никто не верил в возможности их применения в быту, сам глава IBM прогнозировал мировой спрос на компьютеры в размере... пяти штук. В каком мире мы живем сейчас? ИИ развивается куда быстрее, чем компьютерные технологии в 1950-х годах. Кто знает, может, следующее поколение художников уже не будет нуждаться в наработке навыков мелкой моторики, имея возможность напрямую проецировать образ на холст посредством нейроинтерфейса и манипулятора. И, конечно, готов ответить на любые ваши вопросы, меня несложно найти в «Яндексе» по запросу «Лянгузов и роботы».