О художнике

Сергей Георгиевич Степанов

Сергей Георгиевич Степанов родился в Орске в 1923 г., его родители участвовали в Гражданской войне, и через много десятилетий Степанов попытается «вспомнить» в картинах то, что слышал от матери. Отец рано умер, детство Степанова было голодным, жестоким, безрадостным. Может, потому и хранила так бережно память эту сказку, легенду, этот сон о родителях, молодых, храбрых, красивых. В 1939 г. Степанов пошел учиться в школу ФЗО в Орске и уже там удивлял всех своими рисунками в стенгазете, получил специальность штукатура-отделочника, стал работать. А дальше – была война, 1 января 1942 г. его призвали в армию. Фронт, ранение, госпиталь. После войны он уезжает в село, работает, обзаводится семьей, детьми. И вместе с тем неугомонный характер Степанова позвал его в 1954 г. на освоение целинных земель. Так что этапные моменты большой истории становятся достоянием его личной биографии и потом сюжетами его картин. В 1960–1970-е гг. очень активно работал областной научно-методический центр народного творчества, постоянно организуя областные тематические выставки самодеятельных художников. Орские художники-профессионалы, заинтересовавшиеся работами «дяди Сережи», посоветовали ему участвовать в таких выставках, познакомили его с искусствоведами из Оренбургского областного музея изобразительных искусств и, наконец, уговорили послать документы в ЗНУИ. Художники так же, как и преподаватели ЗНУИ, очень бережно отнеслись к особенностям творческого дарования Степанова, прежде всего укрепили его веру в серьезности и значимости творческой работы, тем самым способствовали повышению его интереса к живописным занятиям. Среди сотен и сотен участников областных выставок Степанов был «другим», он был художником, не только неординарно, свежо видевшим мир, но и обладающим вполне определенным творческим почерком. Есть некие интонации, оттенки близких понятий «примитив» и «наив», в случае со Степановым это, несомненно, «примитив» с его близостью к народному лубку, фольклору с его плоскостностью, условностью изображения, декоративностью, центричностью, отсутствием даже намека на световоздушную перспективу. Неба в его работах или нет, или это просто небольшая нейтральная светлая полоска. Картины Степанова – воспоминания художника, рассказы о себе и близких, места действия – сельские улицы, берега реки, пашня… все это имело конкретные географические наименования, по этим улицам он шагал, в этом доме – жил, на этом берегу сидел с удочкой. Вообще, в картинах Степанова изображение чаще всего носит как бы ленточный характер, соединяющий в разных уровнях разновременные и разнопространственные события. Его мир – конгломерат тысяч и тысяч самостоятельных и неодушевленных деталей, но одинаково одухотворенных.