О художнике

Сердюков Михаил

В начале бурных девяностых прошлого века в Оренбург приехал французский искусствовед и коллекционер Клод Робер, опустошивший мастерские оренбургских художников. Работы отдавались за бесценок, но в то время это было выходом из трагического положения полного безденежья и отчаянья. Кто-то из профессионалов решил познакомить Робера с самодеятельным художником Михаилом Сердюковым, активным участником всех городских, областных выставок самодеятельного творчества. Маленький, вросший в землю, с подслеповатыми окнами, дом Сердюкова поразил француза своей теснотой, необжитостью и огромным количеством необычных талантливых работ. По словам сопровождавшего Клода Робера, «француз в одинаковой степени был изумлен как нищетой, так и талантливостью художника из Оренбурга». Робер увез целую коллекцию работ художника. Прошли годы, после смерти К. Робера в его завещании оказалась строка о передаче энной суммы российскому художнику Сердюкову, что и было сделано. Михаил Григорьевич Сердюков (1932–1995) родился в селе Дорожки Новосергиевского района Оренбургской области, после школы служил 4 года во флоте на Дальнем Востоке, после службы работал на железной дороге в Самарской области, потом вернулся в Оренбург, работал на оренбургском хладокомбинате. Рисовал всю жизнь, начиная со школы, занимался в Заочном университете им. Н.К. Крупской в Москве (1959–1962) у педагога Г.А. Миронова. Был участником зональных, республиканских выставок самодеятельного искусства, награжден многочисленными грамотами, дипломами выставок, медалью ВДНХ. Любопытна фотография Сердюкова 1989 г. – натюрморт за спиной, овальный женский портрет в руках, медаль участника художественной выставки – то есть то, в чем он более всего ощущал свое «я», чем более всего гордился. Сердюков, как губка, впитывал разнообразные впечатления: понравившаяся девушка, детские воспоминания, репродукции, книги и то, что увидел на экране телевизора (его признание на обороте рисунка: «набросал с экрана телевизора. 28.2.93»). Разнообразны сюжеты, жанры, технические приемы художника. Прежде всего в воображении возникают женские образы, причем всегда вполне определенный типаж: миловидные, круглолицые, чернобровые и ясноглазые, улыбающиеся. Героиня работ художника – обычная девушка-работница, коренастая, плотная, с рабочими руками, она тиха, мила, покладиста. Художник вырывает ее из обычной житейской среды, пытается изобразить ее в возвышенном свете, романтизировать образ. Потому чаще всего изображает своих красавиц на берегу реки, под деревьями, на мягкой зеленой траве. И всенепременно – цветы, или в руках у нее, или в траве у ног, или, как это в картине «Ждет милого» (1990 г.), и то, и другое. Как это хорошо перекликается с персонажами послевоенных ковриков на клеенке, там еще и лебеди красовались. То, что всегда было свойственно Сердюкову, – романтизм восприятия – диктует желание увидеть женщину в ореоле сказочности, царственности. Светятся неземным светом фрукты в натюрмортах Сердюкова 1990-х гг., он и не стремится к реальности их изображения, они скорей напоминают елочные игрушки, некое идеальное представление о неземной красоте неземных плодов. В общем, красота невозможная! При жизни художник никогда не показывал свои рисунки, мы их увидели только тогда, когда в 2002 г. готовили персональную выставку Сердюкова. Рисунки не менее интересны, нежели его живопись, они так же условны, декоративны, в них – романтическая возвышенность восприятия природы. В 1989 г. рисунки Сердюкова заинтересовали журналистов районной газеты Оренбургского района, появились они в областной газете «Южный Урал». Природа в них увидена не только восхищенным взглядом художника, но и внимательным – натуралиста, подмечающего легкость, грациозность пушистой лисы и царственность величия оленя, и парения лебедей в небе… Прошли годы после смерти Сердюкова, громогласно, яростно отстаивавшего свое право на высокое звание художника, утихли страсти, остались его картины, рисунки и ничего уже не нужно доказывать, ибо они – лучшее свидетельство яркого, мощного таланта художника.