О художнике

Евгений Мартышев

Евгений Мартышев — мастер, создающий динамическое художественное произведение посредством взаимодействия форм, красок и структур. В своем творчестве он вполне традиционен и не пытается ни изменить пространства, ни создать новое – беспредметное. Наоборот, именно предмет на его полотнах подкупает своей простотой и необычностью. Евгений Мартышев родился в городе Череповце Вологодской области. В 1968 году он поступил в Московское художественно-промышленное училище имени Калинина, после службы в армии вернулся в родной город и снова вернулся к живописи. Сегодня имя художника известно далеко за пределами страны, с 1987 года он является членом союза художников России, а его персональные выставки становятся настоящим событием в мире искусства. Картины Евгения Мартышева по-хорошему многозначны, многосмысленно и глубоко пространство художника — неяркое и неброское. Художественный взгляд мастера обращен ко всему произведению как единому целому. Он работает не только очень точно в деталях, прежде всего он охватывает взглядом (внутренним зрением) всю большую форму, и при этом позволяет всему своему произведению протекать в постепенном процессе развития — из маленькой формы в почти взрывающую рамки большую структуру. Художник разговаривает со зрителем посредством смеси из красок и форм, он позволяет ей выходить из своих пределов, придает ей форму самодостаточной структуры. Во взаимодействии с такими яркими, сильными красками картина становится чем-то самобытным, самостоятельным, она словно вырастает из своих пределов. Художественное построение основано на дополнительных красочных противоречиях, из действующих зависимостей, контраста и напряженного, постоянно меняющегося диалога линий и поверхности, которые бесконечно вливаются и взаимодействуют между собой. В своих произведениях Евгений Мартышев активно использует эллиптические линии, которые разворачиваются по всему высокому формату, принимают самостоятельные формы и разворачиваются так, что картина становится серьезной игрой в себе. Предпочтение красочности во взаимодействии с формой представлено у Мартышева еще и в других жанрах. Например, в использовании фотографии, которые художественно создают новую структуру и играют со зрителем, вводят его в заблуждение. Одним из решающих элементов творчества художника является свобода инсценировки, возможность художественного раскрытия, когда каждое изображение является формальной структурой, требующей от него дополнительного высказывания для обретения смысла. Другой характерный прием мастера — двойной смысл изображаемого, заблуждение на его произведениях становится естественнонаучным экспериментом над зрителем. Так, особая техника художника позволяет нам верить, что светлые предметы на темном фоне и темные предметы на светлом фоне кажутся меньше, чем они есть на самом деле. Евгений Мартышев блестяще работает с абстрактными состояниями, он избирает полностью собственную абстрактную форму, создавая прочные новые структуры, открывая новые смыслы глубины в пространстве, которая производит впечатление бесконечности. Произведения художника охватывают наряду с названными работами, еще и предметно-изобразительные ландшафты природы, а также портреты. Основное настроение его работ — меланхоличное, во многих произведениях оно чувствуется особенно ощутимо, придает этим работам некую неспецифическую глубокую основательность. Задумчивость, которая в кажущейся невесомости закреплена внутри картины, и которая заставляет зрителя замереть в рефлексирующем молчании и берет наблюдателя в плен во всех произведениях. Статья подготовлена с помощью материалов Михаелла Буххаистер, редакция журнала ART Profi l” (Германия) --- Евгений Мартышев из тех художников, которые открывают для зрителей «кухню» творческого процесса, погружает его сначала в свою жизнь, а потом в картины. Он стремится через творчество увидеть себя как бы со стороны. Художественный дар Евгения Мартышева самобытен, крепок, всем порывом души устремлен к созиданию, поиску гармонических начал земного бытия. В последнее время много говорится об исторической памяти нашего народа. Наступает время более пристального всматривания в свои истоки, восстановления национальных традиций, сохранения своего светлого дома — Родины для грядущих поколений. Евгений Мартышев работает на этой ниве не потому, что «время пришло», он создает образы родной земли уже много лет и делает это по требованию сердца, ибо не может иначе. Может быть, только особое приятие мира, свойственное Николаю Рубцову, объединяет эти пейзажи его родины... И общая идея, столь для нас близкая: «Россия, Русь! Храни себя, храни!..» Этой же идеей исполнены и портреты художника. Вот «Портрет жены» («Ожидание») Молодая усталая женщина — беременная — стоит у окна. Она ждет. Как в сказке: «Ждет-пождет с утра до ночи; смотрит в поле: инда очи разболелись глядючи с белой зори до ночи...» Кого она ждет? Мужа? А. может быть, ощущает того, будущего ребенка, которого так бережно носит под сердцем? В отличие от множества наших современных художников, исповедующих эстетику отрицания, распада, дисгармонии, играющих в формалистические «догонялки» с западным «искусством», Евгений Мартышев — прочно стоит на родной почве, понимая самостоятельность путей русского искусства. Его произведения оптимистичны, светлы; в них — благоговейное отношение к древней культуре нашего народа, вера в ее чистоту, стремление к нравственному идеалу, что всегда было свойственно художникам России всех времен. По-хорошему многозначны картины Евгения Мартышева. Многомысленно и глубоко пространство художника — неяркое и неброское, как. неброска воспеваемая им красота Русского Севера, «малой родины». Но какое уютное!.. И как тревожно от предчувствия грядущего его разрушения. Евгений Мартышев вполне традиционен и не пытается ни изменить пространства, ни создать новое-беспредметное. Наоборот: именно предмет, который он изображает, подкупает своей простотой и необычностью. Некоторые его портреты и жанровые композиции отличает некая «искусственность» поз и движений персонажей. Это признаки, попадающие под определение «маньеризм», который определил основные пути развития современной фигуративной живописи. О портретах, написанных Евгением Мартышевым, можно сказать, что они, пожалуй, более импрессионистичны, чем психологичны. Для него, как и для большинства прирожденных живописцев, главное цвет, свет и среда, в которую художник обязательно погружает свои персонажи, а если нет предметной среды, то среда создается из пятен и линий, и может, правильнее было бы ее назвать атмосферой, которая помогает создать образ, произвести впечатление и дать портретную характеристику. Любая живописная работа по сути своей медитативна, если в ней есть момент недосказанности, а объект медитации перед глазами, он в раме: закат, весенний пейзаж, цветок лотоса, камни на берегу... Стоит вглядеться в работы Евгения Мартышева — и начнется диалог с собственной душой.