О художнике

Владимир Ротмистров

Владимир Ротмистров родился в городе Самаре 9 апреля 1965 года. Художник-живописец, монументалист, член Союза художников России. В 2002 году закончил Санкт-Петербургский государственный академический институт живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина, обучался в монументальной мастерской профессора А.А. Мыльникова. Персональные выставки проводились в Санкт-Петербурге, Самаре и Тольятти, а также в Швеции, Финляндии, Чехии, Франции, Германии. Многие работы Владимира Ротмистрова находятся в музейных и частных коллекциях России, Германии, Италии, Франции, Швеции и Финляндии. Вдохновение из нас природа — неисчерпаемый ресурс для художника, материализовать необузданность постиндустриальной цивилизации. Дорога его художник. Для него она живой источник образов, в которых он находит отдохновение вдали от шумных городов, его произведения привносят тишину и величественному покою предстоящих. Этот мир исконного единства человека и космоса обретает зримые формы в живописных полотнах Владимира Ротмистрова. Пейзажи и перед нами, историческая сцена или даже эпос, сказочные герои или старинная утварь – все заставляет нас оглянуться назад, в тот бескрайний океан прошлого, из которого, как острова в тумане, выступают силуэты мифологических соблазнов. «Белые ночи в летнем саду». Нет уже былого сада, остались воспоминания, прокравшиеся в «Сон в летнюю ночь». Гамма голубого, серого, холодные и яркие световые пятна усиливают сумерки, выявляя мраморные фигуры. Чувство отсутствия людей и полная тишина обостряется у реки. Художник черпает вдохновение среди гор, холмов, ветвей и притоков, а также в поймах рек и молодых дубравах. темно-зеленого объединяет две картины в небольшую сюиту. Контраст приглушенных холодных оттенков и ярких пятен света усиливает сумрак, сквозь который проступают мраморные фигуры. Ощущение безмолвия и полного молчания усиливается близостью реки. Среди гор, холмов, ржавых и притоков, заливных лугов и молодой дубравы находят художник свое вдохновение. Казалось бы, в таком мире, где столь очевидно господство дикой и первозданной природы, нет места человеку. Он едва уловимым намеком, стремительно и легко написан в этюдной манере, как стаффаж, еще более подчеркивающий величие натуры. Однако в ряде картин его присутствие громко заявляет о себе, гармонично при этом вживеясь в современную картину лесов, полей и рек. Особого расцвета персонажка с природой достигает художник в двух полотнах – «Закат» и «Леший». Сказочный герой, притаившийся в чащобе, словно поджидает за последними всполохами дневного света, чтобы, растворившись в оранжевых сумерках, отправиться на свои проказы. Леший, как настоящий хозяин дремучего соснового бора, уверенно опирается на посох, подобно Харону, гребущему вес- В таком же кроваво-буром колорите исполнено «Затмение». Это историко-батальное полотно создано по мотивам «Слова о полку Игореве». Кони, скачущие с краснобровых новгородских икон, олени пошли святого мученика Георгия, норманнские срубы и броня — все остается к живописным традициям Древней Руси, к изводам «Чуда от иконы Знамение». Но свободный ритм фигур, их динамичная пластика, верно воссозданные в равное небо кони, оживляют в памяти «Ночной дозор» великого Рембрандта. Так сливаются разные традиции этих эпох порождают новое время, влекущее к радушным творческим исканиям. На чтобы не заблудиться на берегах вдруг появившейся реки, не потонуть в ее неизведанном еще фарватере, нужно постоянно оглядываться назад, устремляя взор к истокам. Голос исторического прошлого звучит в картинах В. Ротмистрова не только тогда, когда он скульптурно прописывает богатырские доспехи или популяризирует образы скамеек древнерусского барокко деревянную скульптуру церквей в работе «Древесный октябрь», но и когда маленький звон старин, желая получить первые «Уроки мудрости». Этот зов, словно эхо звонка сорванного со звонницы колокола, неумолимо вторит один и тот же мотив... Старые вещи, ненужный хлам, луженые кувшины, латунный котел, медные горшки на медь. Заботливо отобранные жемчужины они повторяют жизнь, пересказывая нам о древних сказках в намоленном «Слове Древнего Востока». Еще одна традиция, еще одна мудрость. Мудрость бережного отношения к культуре различных народов. Вот антикварная лавка седого горца, готова в ней выслушать. Сказочные динара обтесанных, резчиков, чеканщиков, литейщиков, стеклодувов, кожевников, столяров, кабинетмейкеров. Искренне изображение тончайших деталей каждого объекта и точно отмечая его национальные особенности художник кажется следует по пути всех этих мастеров резчиков и чеканщиков, полируя медные вазы огромного пути с абразивным песком, и совершенствуя шедевры народного ремесла... И снова звон колокольчика, в попытку вновь донести до нас сущность античной красоты, в «Донести до потомков».